Аглая
Привидение кошки, живущее в библиотеке
Эдуард Овечкин "Акулы из стали. Туман". Чисто то же самое, что в предыдущей книжке. :rolleyes: Системы нет, стройности нет - но то же самое. В смысле, стиль выдержан. :gigi: Армейские байки, то есть флотские. Видимо, что не включили в прошлый раз, сюда набросали.
Но читать очень приятно - тем, кому нравятся такие вещи, само собой. Покровский если нравится, да. Ну, это я уже и в прошлый раз писала... :lol: Просто отдыхаешь душой. :lol:
Warning! Нецензурная лексика. Очень много нецензурной лексики. А также табакокурение, распивание спиртного, неполиткорректность и прочий нездоровый образ жизни. :crzdrink:
Но есть и очень душевные, трогательные истории. Вот, например, про кота с подводной лодки - прямо до слез доводит. :crztuk: (Нет, там все славно и никто не пострадал). Или святочная (рождественская? новогодняя?) история про Деда Мороза со Снегурочкой. Сплошной позитив.
В финале остро чувствуется печаль от разложения и разрухи 90-х, поскольку все не так, как должно быть и совсем неправильно. Рассказ "Туман". Видимо, отсюда и весь сборник так называется.

"Куда только смотрит Комитет по правам человека при ООН? Куда угодно, но только не в военно-морской флот, вот что я вам скажу."

"- Ну... люди говорят...
- Люди. Люди всегда говорят! И если бы люди всегда говорили, предварительно подумав, то мы уже давно научный коммунизм построили бы в отдельно взятой стране!"

"Есть привидение, нет привидения - вот бы мне заботиться только об этой проблеме, Маркс меня побери!"

"От скуки и бурлящей во всех местах тяги к героизму, конечно же, приходилось в основном пьянствовать."

"Плюс на минус дает минус только в математике, открою вам такой секрет, а в осязаемой жизни - иногда даже и восклицательный знак может получиться."

"- На экскурсии были? - уточнил милиционер, отмахиваясь от нашего перегара.
- Ну нет же! Ну, разве можно на экскурсии так напиться?"

"Сами представьте: стоишь такой на мостике, напившись чаю или кофе до бульканья внутри. Ночь. Сверху чернота блестит звездами, снизу чернота плещется морем, швартовые поскрипывают, верхние вахтенные потопывают, шелестят крыльями чайки и остальные животные... Может, еще ветерок на флагштоках посвистывает. А вы только из сауны, распаренные, как младенцы, и Борисыч достает из кармана коробку папирос, раскрывает ее широким жестом и молча протягивает, а ты так же молча ее берешь, сминаешь мундштук двумя заломами и у Борисыча же от бензиновой зажигалки прикуриваешь. Не знаю, как вам, а мне вот уже вкусно стало от одних воспоминаний. Понятно, что курить вредно, кто бы спорил, но иногда делать это просто необходимо."

"Гражданская наука психология - вещь настолько тонкая, что результаты ее применения к отдельно взятому субъекту вряд ли подлежат измерению и представлению в виде доступных пониманию величин. В связи с этим любой человек, язык которого подвешен к телу в должной степени, способен практиковать эту науку среди индивидуумов с менее подвешенным, чем у него, мозгом и, мало того, даже брать с них за это немалые деньги. В связи с этим кажется абсолютно непонятным, как большинство людей из крупных городов доживают до пожилого (более тридцати лет) возраста со всеми этими своими мигренями, сезонными обострениями и неспособностью найти свое место в окружающей их действительности. То ли дело - психология военная! Четкие и универсальные приемы воздействия на психику в виде "Не ебет!", "С хуя ли?", "Какого хуя?" и "Да заебал ты!" имеют высокую эффективность и действуют как мышь на слона, только наоборот."

"Два замполита на корабле, а воспитательную работу среди офицера опять я провожу!"

" - Молодец я?
- Так точно!
- Ну, ступай тогда. Ступай, я сказал, а не бреди, как верблюд по пустыне! Резину мне на палубе когтями поцарапаешь!"

"И вот оно, счастье, как синица в руках трепыхается, а журавлей в небе-то и не видать: нет их тут, журавлей этих, не долетают до наших краев, стервецы, как бы и не оставляя выбора вовсе, что не может не радовать."

"- Правильно я говорю, доктор? - кричит в другой конец строя.
- Так точно! - орет в ответ доктор.
- Ты же не слышишь, что я говорю! - кричит ему командир.
- Это не имеет значения! Вы всегда правы! Это я сейчас, как психиатр говорю!"

"- Ты, Серега, хули приперся, я же тебя спать отправил?
- Не могу, тащ контр-адмирал! Засыпаю от усталости, просыпаюсь от ответственности!"

"Ну как мы их в море накажем? От вахты, что ли, отстраним? Так они нас за это на руках носить начнут, а я, например, стесняюсь, когда меня на руках носят."

"Если два человека на подводной лодке не гондоны, то они - друзья, несмотря на любые различия характеров. Без вариантов."

" - Так, Эд, - инструктирует меня Андрей, - мы начинаем готовить операционную, а ты иди в душ. Помойся напоследок, вдруг умрешь, так хоть чистый будешь."

"И вообще, Эдик, запомни золотое правило врача: "Хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается!"

"Обычно надводные корабли красят в шаровый цвет (такой пятьдесят первый оттенок серого), но в те времена на Северном флоте найти шаровую краску не смогли, а нашли серебрянку. А что, подумало себе начальство, заодно и блестеть будет. Закатали его всего в блестящий серебряный цвет: от бом-брам-эзельгофта вверху до Баренцева моря внизу. Торпедолов, конечно, сразу получил неофициальное название "Серебряный". А наши матросы от безделья и неуемной тяги к прекрасному прокрались на него ночью и написали на борту гуталином слово "Баффи".

"А вы бывали когда-нибудь в Париже? Я, например, нет, и меня туда не особо и тянет. А все потому, что я однажды был в Северодвинске."

"Тащ старший летенант! Вы почему бегаете в гражданском городе, распугивая мирное население? Война? Смотри, старлей: ребенки в колясках плачут от твоего топота и крика! Женщины!!! Женщины, старлей, прижимаются в ужасе к стенкам зданий, так ты их пугаешь! Что ты хотел-то?"

"Собираемся стройной группой человек в тридцать-сорок, идем в ДК. Красивые, конечно, все до невозможности. Впереди идет запах старпомовского одеколона и отгоняет от нас комаров."

"Вот вы знаете, мои образованные друзья, что акула чувствует запах крови за пять километров? То есть в тот момент, когда вы дома порезались во время бритья, акула через несколько микрорайонов от вас бросает в сумочку губную помаду и натягивает босоножки уже на бегу к лифту."

"А еще один офицер пытался угнать городской автобус в Питер, угрожая водителю огнетушителем. Ну, водитель понимающий попался и, довезя его до следующей остановки, объявил: "Канал Грибоедова!"

"С чего начинается подготовка к выполнению боевой задачи? Естественно с внешнего вида. Выполняя боевую задачу, вполне можно дать маху или даже вовсе обосраться, но выглядеть при этом нужно как гусару на балу. Это закон военно-морского флота."

"Я? Я его не уважаю?! Да я командир подводного ракетоносца!!! Я даже международные конвенции ООН не уважаю, по долгу службы!!!"

"Что за слова-паразиты? Откуда вы их нахватались? Надевайте презервативы на мозг, в конце концов, чтоб заразу всякую не цеплять!"

"- Получается, что теперь не пирс нас держит, а мы его? - спрашивает Антоныч.
- Получается, надо докладывать в штаб и вызывать рембригаду с бербазы. Тащ командир, хотите, поспорим, что нас заставят делать? Какая там у них рембригада в этой петле Мебиуса, они уже сами себя скоро украдут."

"Самые рукастые распарывали брюки от колена до низа и вшивали вставки из бархата или атласа синего или красного цвета. От такой красоты может пойти кровь из глаз, поэтому, если вы увидите моряка-дембеля, сразу начинайте щуриться, мой вам искренний и дружеский совет!"

"Ему даже разрешили использовать матерные слова, потому что нет большего мучения, чем выслушивать рассказы, состоящие из двухсловных предложений, если вы меня понимаете."

"Слышал, что американским подводникам даже на выборах президента разрешают не голосовать по причине физиологических изменений в организме и психологических травм. А нашим все можно вообще без всяких ограничений. Ну и что, что по три месяца американцы в автономки не ходят - они же не русские, и где у них вот этот весь запас душевных сил возьмется? Они же как дети, понимаете? Нежные. И физиология у них тоже нежная, вместе с психикой. А у наших психологию возьми - так хоть на шинели рукава ею пришивай."

"Основную задачу - поздравить детей своего экипажа с Новым годом - Дед Мороз со Снегурочкой уже выполнили. Осталась не основная, но самая сложная: довести Деда Мороза до дома и сдать жене."

"Чисто технически дело это, конечно, добровольное, но сам понимаешь, вариантов ответа, кроме "Рад стараться", у тебя нет."

"Журнал ГЭУ имеет размер амбарной книги и толщину, как бедро комсомольца. Он похож на роман "Война и мир во всех ее томах, и в нем нет про Наташу Ростову, а есть в нем про цепную реакцию деления ядер урана, только без французского языка."

"А нет же невыполнимых задач для человека, который сам не должен их выполнять. Народная мудрость!"

"Идеальный офицер флота, по мнению руководства, вообще всегда должен чувствовать себя виноватым. Во-первых, для профилактики, а во-вторых, навверняка же где-то все время косячит и маскирует, сука такой. Знают они нас как облупленных потому что!"

"Командиры подводных лодок - в некотором роде особая категория людей и даже трудно их описать, не прибегая к французскому."

"Как хорошо, когда вам друг на друга наплевать, правда? Даже враждовать и то можно вяло!"

"- Та, чего ты выебываешься? - спрашивает меня командир, напуская на себя грозный вид.
- Отчего же вы таким странным словом называете выполнение мной должностных обязанностей?"

"Относительно свободен старпом на подводной лодке, только когда ест, куда-нибудь идет или обдумывает планы боевой подготовки, сидя на унитазе."

"Когда нужно было найти какой-нибудь косяк, то он немедленно становился как велоцираптор с мозгом."

"А дороги в Заполярье хороши. Не своим качеством, конечно, а своей бесконечностью и круговым обзором даже не до горизонта, а до самого звездного неба, с крупными, как яблоки, звездами, до которых можно дотянуться рукой. Езда по этим дорогам, особенно ночью, уже само по себе лекарство. А еще Миша любил включать приемник. Радио там нигде не ловило, но в темноте зеленое свечение панельки и белый шум эфира были такими загадочными, что даже разговаривать не хотелось, а просто можно было лететь из ночи в ночь и молча думать о своем непременно чем-то хорошем. Ведь понимаете, даже если вы в полной жопе, то всегда есть о чем хорошем подумать, надо только правильно настроиться."

"Здесь, в двадцать четвертой дивизии, пирсы короткие и узкие - и разогнаться-то особенно негде: с одной стороны вода, с другой - колючая проволока. Ее тут натянули совсем недавно вследствие чрезвычайного напряжения международной обстановки. Она на морозе красивая - вся облеплена пушистым кристаллическим инеем, и ею впору украшать елку, а не бояться."

@темы: Книги